новости

Младореформаторы

Общее обозначение группы молодых экономистов-либералов, положивших начало реформированию России в начале 1990-х годов.

ml-389Правительством молодых реформаторов изначально называлось правительство Егора Гайдара (1991—1992), затем Сергея Кириенко (1998). В 1997 году «молодыми реформаторами» называли вице-премьеров Анатолия Чубайса и Бориса Немцова. Довольно часто термин «молодые реформаторы» использовался для противопоставления различных команд в Правительстве, например, «молодые реформаторы» против «красных директоров».

Это определение стало использоваться в том числе применительно к правительственным партиям других государств, например, в публикациях о противостоянии различных политических команд (старой и новой формации) в иностранных правительствах.

Экономист Иван Таляронок, демограф Владимир Тимаков и культуролог Григорий Глушенков ответили на два вопроса:

— Виноват ли Гайдар в катастрофе девяностых, или он спасал то, что было развалено до него?

— Если действия правительства Гайдара нанесли стране ущерб, то был ли это умысел или ошибка?

Таляронок:

— Часто говорят, что советскую экономику разрушило падение цен на нефть, а Гайдар пришёл на руины. Так он, кстати, сам оправдывался.

Но это перенос внимания на второстепенный фактор. Высокие цены на нефть просуществовали совсем недолго, с 1973 до 1983 года, а до них советская экономика развивалась вполне динамично. Без всякого нефтяного допинга. К тому же утрата нефтяного допинга не могла быть роковой — в ВВП СССР доходы от экспорта углеводородов составляли всего несколько процентов, впятеро меньше, чем сейчас. Невелика была потеря!

Главной причиной экономического кризиса СССР стала негибкая ценовая политика. Была установка, что доходы трудящихся должны постоянно расти, а цены расти не могут. В результате денег стало больше, чем товаров, и полки начали пустеть.

В годы перестройки этот процесс приобрёл катастрофический характер, поскольку возникший параллельно с государственным кооперативный сектор начал перекачивать огромные суммы из безналичного оборота в наличный. Ураган наличных денег привёл к тотальному дефициту. Чтобы вернуть товары на полки, требовалось срочно переходить к гибкому ценорегулированию.

Но до 1991 года это был кризис, затронувший потребление, а не производство. Все заводы и все фермы пока ещё работали.

Реформа Гайдара уничтожила производство. В стране было полностью разрушено машиностроение, животноводство, изготовление ширпотреба. Если до реформ мы большую часть сырья перерабатывали сами, то с 90-х годов превратились в сырьевой придаток Запада. Наша переработка закрылась, а готовые товары стали ввозить из-за границы.

Гайдара многократно предупреждали, что нельзя переходить к свободному ценообразованию в стране с монопольной экономикой. Нужен был длительный переходный период. Но он не послушал, и совершил, на мой взгляд, экономическое преступление.

Альтернативой мог стать периодический пересмотр цен на дефицитные товары, проходящий под госконтролем — на переходный период, пока проходила демонополизация. На этой основе строилась реформа Павлова.

Почему-то почти никто не вспоминает сейчас, что при Павлове в апреле 1991 года дефицит на один месяц был ликвидирован. Я очень хорошо помню, как зашёл в магазин, где в марте было шаром покати, и увидел несколько сортов колбасы и даже красную икру! Такого отродясь не было видано. А это обычный провинциальный магазин на окраине города. Просто цены в три раза выше привычных, зато совершенно свободно и легально. И так на короткий срок стало везде.

До Павлова колбаса стоила 2 рубля 90 копеек, но была в дефиците. По 8 или 9 рублей она вновь стала доступной в торговой сети, но денежный вал нарастал, и к лету её опять смело с прилавков. Надо было раз в два-три месяца набрасывать по 1–2 рубля. Может быть, к началу 1992 года цена дошла бы до 15 или даже 20 рублей. Но при Гайдаре-то она в один месяц скакнула за сотню!

При таких ценах стало бессмысленно колбасу производить, её никто не мог купить. И всё производство рухнуло. Это сделало правительство реформаторов, а не их предшественники.

— Хотел ли Гайдар всё разрушить? Думаю что да. Он хотел разрушить советскую экономику, которую считал порочной и неправильной.

Тогда среди молодёжи на экономфаке стало модным такое утверждение, что Советский Союз — нереформируемая страна. Что здесь нельзя ничего постепенно улучшать — система такая косная, что будет всё время возвращаться в прежнее состояние. Поэтому надо снести всё одним махом, и перейти к новой жизни.

Помню, я спорил тогда с однокурсниками, которые предлагали колхозы распустить за один день, всё раздать крестьянам и так перейти к частному хозяйству. Спрашивал: а как вы будете силосную башню делить? Как вы будете ферму на 300 голов делить? Один мехдвор как вы поделите на всех?

Но до них здравые, жизненные аргументы не доходили. Ведь это было уже третье поколение белых воротничков, которые ни колхозов, ни заводов в глаза не видели. Зато видели прилавки иностранных магазинов.

Из таких людей сформировался компрадорский слой, которому было наплевать на отечественное производство, а целью жизни стало импортное потребление. Гайдар стал одним из идейных вожаков наших доморощенных компрадоров. Они сознательно угробили страну, потому что считали её неправильной. Надеялись сделать новую страну с «чистого листа».

Тимаков:

— Первый год вымирания русского народа — 1992 год. До этого нас каждый год становилось всё больше и больше, с началом «шоковой терапии» мы начали убывать.

Можно сколько угодно спорить о симпатиях и антипатиях, перечислять какие продукты были на прилавках, какие появились после реформ, что на самом деле у советских граждан в холодильниках было и чего не было. Но есть неоспоримые факты, которые подводят итог всему — рождение и смерть. Если в семьях стало меньше рожаться детей, если на кладбищах прибавилось гробов — значит, жить стало хуже. И наоборот.

С реформами Гайдара у нас впервые после Великой Отечественной войны начало сокращаться население. Смертность за три года выросла почти на треть. Мы выбрались из этой ямы только к 2012 году. Демографические потери России за этот период составили 19 миллионов человек. Никакой голодомор, никакой Сталин рядом не стоял.

Мне кажется, что после этого проводить гайдаровские форумы в нашей стране просто неприлично. Никто же не проводит сейчас на Украине аграрные форумы имени Косиора и Чубаря (руководители УССР времён Великого голода 1933 года).

— Вряд ли Гайдар и его единомышленники ставили своей задачей сократить население нашей страны. Это слишком зловещее предположение.

Но им совершенно точно была безразлична судьба людей, не вписавшихся в рынок. Главное было достичь своей идеологической цели, а кто не вписался — сами виноваты. Это не наше дело.

Точно так же, по моему мнению, развивались механизмы Великого голода тридцатых годов. Главное было коллективизацию провести, а кто не вписался — сами виноваты. Здесь гайдаровцы ни чем не отличаются от большевиков.

А вот чем гайдаровцы хуже сталинцев — их отличает полное равнодушие не только к судьбе отдельных людей, «винтиков», но и к судьбе народа в целом. Сталин, когда узнал, какие потери были при Голодоморе, пришёл в бешенство и подумал, что его обманывают, «вредительскую» перепись провели. Он не хотел, чтобы население страны сокращалось. После этого был принят целый ряд демографических мер, в частности — запрет абортов.

Последователи Гайдара, напротив, выступали и сегодня продолжают выступать против любой демографической политики — против льгот для многодетных, против материнского капитала. Они считают это пустой тратой средств, не оправданной с рыночной точки зрения. И предлагают решать демографические вопросы путём приглашения мигрантов.

Это сознательный выбор гибельного для народа пути.

Глушенков:

— Вопрос нередко ставится так: Гайдар всё развалил или до него коммунисты всё развалили? Тут не очень адекватное сравнение — одинокая личность и огромная партия со столетней историей.

Если сравнивать, то надо сравнивать так: либералы или коммунисты? А если переходить на личности, то: Гайдар или Горбачёв?

Кажется, на последний вопрос наш народ уже ответил, заклеймил обоих. Потому что здесь невозможно разорвать трагическую цепь событий, разделить её на «до» и «после». С конца восьмидесятых страна ползла в яму, двигалась к пропасти.

Надвигавшуюся катастрофу предчувствовали русские писатели. Проханов в те дни на страницах «Нашего современника» сравнивал советских офицеров 1989 года с юнкерами 1913 года, над которыми нависла тень гибели. 2 марта 1990 года было опубликовано «письмо семидесяти четырёх», за подписями Валентина Распутина, Леонида Леонова, Юрий Бондарева, где звучала та же тревога — начатая перестройка приобретает русофобские черты, направлена против коренного населения страны.

Кто за этим движением в пропасть стоял, кто нас туда подталкивал?

Горбачёв, Яковлев, Гайдар, Ельцин, Греф, Чубайс, Касьянов — всё это представители одного направления, одной тенденции, которая привела нашу Родину к краху. Только при поверхностном взгляде кажется, что до осени 1991 года у власти были коммунисты, а потом пришли антикоммунисты. Тренд задавали одни и те же люди. Было время, они все состояли в КПСС, пришло другое время — они оттуда вышли.

КПСС, как сейчас «Единая Россия» — это, в общем-то, не партии, а профсоюзы работников власти. Идейные группы там могут присутствовать самые разные, в форме скрытых партий. Но если говорить начистоту, то в России уже двести лет существуют только две настоящие партии: почвенники и западники.

И Горбачёв, и Гайдар принадлежат к партии западников, которая этап за этапом толкала страну к разрушению. Их стараниями Россия за несколько лет из великой державы превратилась в банановую республику. Все западники несут коллективную ответственность за содеянное.

То, что они совершили, называется: разрушение геополитического конкурента в интересах Западной цивилизации.

— Когда Вы меня спрашиваете, превратили они Россию в колонию умышленно или по недомыслию, то вопрос опять-таки сведётся к другому. Само западничество — это умысел или недомыслие?

Хорошо они подумали, когда сделали этот выбор, или плохо? Пожалуй, это зависит не от состояния ума, а от состояния души.

Как можно родиться в одной стране, жить в одной стране, а в сердце носить другую страну, идеалом считать другую страну? Это же, откровенно говоря, предательство.

В представлении законченного западника вся Россия — это дремучее, дикое государство, ошибка исторического развития, мутация в семье человечества. Он тяготится тем, что родился здесь. Он боится собственного народа; он считает за благо, что его страну будут контролировать более передовые и совершенные нации. Такое состояние духа — это умысел или ошибка?

В моём представлении, людей с таким состоянием духа вообще нельзя допускать к руководству. Не любишь женщину — не женись, не порть жизнь ей и себе; езжай к той, которую любишь. Не любишь страну — не лезь ею руководить, отправляйся туда, где, по-твоему, всё справедливо и прекрасно.

Нет ни капли сомнения в том, что Гайдар и его министры сознавали, что русский народ будет возмущён их действиями, и спешили сделать свои действия необратимыми. Отсюда возник очень популярный среди гайдаровцев тезис: «Нельзя резать хвост по частям». Мол, если резать его кусок за куском, собака спохватится и огрызнётся, а тут отсёк одним ударом — и дело сделано…

Прошло более 25 лет.

Что же сегодня?

Форум имени Герострата

Гайдаровский форум — судя по всему, главный экономический форум страны.

О его статусе говорит и место проведения — Российская Академия Народного Хозяйства и Государственного Управления, и состав участников. Мало того, что весь научный бомонд прибыл: ректора «Вышки», РАНХИГС, МШУ «Сколково» и так далее. Нет, сам премьер Медведев почтил собравшихся своим присутствием, а с ним и правительство чуть ли не в полном составе. Шувалов, Голодец, Силуанов, Мантуров, Орешкин, Скворцова, Новак…

Ещё ведущие банкиры страны во главе с Набиуллиной — как же без неё? Крупнейшие бизнесмены и менеджеры (среди которых не последнее место занимает неизменный Чубайс), иностранные политики, эксперты, инвесторы. А уж губернаторов видимо-невидимо!

Прямо говоря, это и есть элита, которая руководит российской экономикой, не какая-нибудь формально правящая «Единая Россия». И всё это великолепие умов и кошельков освящено именем приснопамятного Егора Тимуровича Гайдара. Есть над чем задуматься.

За всю историю государства Российского не было примеров такого глубокого и всестороннего экономического упадка, как в результате гайдаровских реформ. Страшные войны не подрывали так экономику страны, как подорвали несколько лет «шоковой терапии». А после того, как демографическим центром ВРНС были обнародованы цифры человеческих потерь этого периода, — 19 миллионов человек, — и вовсе стал очевиден беспрецедентный масштаб национального бедствия.

_39370464_203_1Гайдар и его последователи должны быть навеки занесены в русские хроники как антигерои, как разрушители и губители Отечества. Гайдаровские реформы надо изучать во всех экономических вузах под рубрикой «как нельзя делать». А тут под маркой этого горе-деятеля (самое мягкое из подходящих выражений), проходит крупнейший российский форум, на который съезжается весь экономический блок правительства и обсуждаются перспективы развития государства. Нонсенс!

Трудно представить, чтобы на Украине или в Краснодарском крае кому-то пришло в голову назвать форум продовольственной безопасности именами деятелей времён Великого голода — Косиора или Кагановича. Или, чтобы русская Военно-Стратегическая конференция была наименована в честь сдавшего Порт-Артур Стесселя или проигравшего Цусимское сражение Рожественского. Такой казус в лучшем случае походил бы на дурную шутку, в худшем — на сознательную диверсию.

Но в нашем случае это не шутка, и не диверсия. Это факт, отражающий убогое состояние современной российской экономической мысли, которая раздавлена либеральной догматикой. Точно так же, как некогда русская генетическая мысль была раздавлена догматикой Лысенко и Презента.

В то время, когда в народе, в большей части информационного и экспертного сообщества, в политическом блоке правительства сложилось наконец-то ясное понимание того, что девяностые годы были национальной катастрофой, царящая экономическая школа отказывается признавать этот очевидный факт. Наоборот, в качестве единственного приемлемого варианта развития нам предлагают снова наступать на те же самые грабли.

Либерализм остаётся господствующим стилем мышления, как в академических кругах, так и в экономическом блоке правительства.

Можно сожалеть, но никакой убедительной объединяющей альтернативы русские экономисты, не захваченные либеральным наваждением, предложить пока не смогли. В «непокорённой сфере» (назовём её так) существуют либо талантливые одиночки-теоретики, вроде Глазьева, либо экзотические фантазийные школки, оторванные от действительности, вроде Катасонова, либо множество прагматиков-реалистов, экономической теорией не занимающихся вовсе.

Как собирается российская власть с таким наследием двигаться вперёд? Пока жив Путин — всё держится его личным прагматизмом, не позволяющим соскользнуть в новый либеральный штопор. А дальше что будет? Какое светлое будущее построят его наследники — с Гайдаром-то в башке? А наследников другого типа на горизонте не просматривается, если весь экономический блок строем спешит отметиться на гайдаровском форуме.

Может быть, в политическом блоке Кремля поймут, что дальнейшее углубление пропасти между народом, строящим реальную экономику, и либеральными догматиками, твердящими мантры гайдаровского культа, не сулит России ничего хорошего?

Может, организуют какой-нибудь Столыпинский, Косыгинской или Примаковский форум в качестве альтернативы?ml-ga

Может, обяжут министров-финансистов туда ходить, а не позорить Кремль прозападным либеральным клеймом…

Стыдно ведь — обсуждать экономическое развитие под портретом Гайдара.

Всё равно, что строить храмы под портретом Герострата.

© Информация взята из открытых источников не претендует на авторские права

.

Scroll To Top