новости

Рейс 2420 ТУ-104 № 42505 23-04-1973

Поведаю о том, что пережил.

ya-650-film

Память о герое буду хранить до конца своих дней.

Викентий Григорьевич Грязнов проявил исключительное мужество и отвагу при исполнении служебного долга. Ценой подвига стала его жизнь.

640px-Tu-104B_SSSR-42505-uz

Посмотрите фильм-реквием, который я создал к 40-й годовщине тех трагических событий.

Случай, происшедший  на воздушной линии Ленинград – Москва, никогда не предавался широкой огласке.

 23 апреля 1973 года. Борт самолета ТУ-104, номер 42505, рейс 2420 Ленинград-Москва.

Указ Президиума Верховного Совета СССР от 6 июня 1973 года о награждении государственными наградами членов экипажа пассажирского самолета ТУ-104 Северо-Западного Управления Гражданской авиации, проявивших мужество и отвагу при исполнении служебного долга, был закрытым.razdel-650Арутинов Владимир. Воспоминания. 

Рейс 2420 ТУ-104 № 42505 23-04-1973

Накануне и в день трагического события стояла великолепная сухая солнечная весенняя погода. Как говорят пилоты: «миллион на миллион», т.е.  видимость более 10 км… Этот факт подтверждает инфо о матче, сохраненная на просторах интернет.

23-04-73-futbolВ эти весенние дни вся ленинградская общественность с нетерпением ожидала и готовилась к долгожданному открытию нового шикарного аэровокзала. День сдачи в эксплуатацию был назначен на 24 апреля.

Возведенный терминал был уникальным во всех отношениях.

За проектирование, не имевшего аналогов в Советском Союзе здания — архитекторы через год получат Государственную премию… Сорок один год аэропорт Ленинграда назывался «Шоссейная», по имени железнодорожной платформы, которая располагалась неподалеку.

1973-pulkovo-640В ночь с 24 на 25 апреля 1973 года аэровокзальный комплекс, построенный по проекту архитектора А. Жука, принял первых пассажиров и получил свое современное название — «Пулково».tu-104-noch-640За двое суток до открытия нового здания аэровокзала, 23 апреля 1973 года, экипаж ТУ-104 совершал обычный рейс по маршруту Ленинград – Москва.  Пятьдесят один пассажир на борту, среди которых находился ребенок.posadka_23-04-73-335

vyr-421Рейс № 2420 начался точно по расписанию, в 14 часов 18 минут.

Я занял место в десятом ряду.

Это т.н. «третий салон», место удобное, за журнальным столиком, лицом «против полета».104-shemz-salona-650Ту-104Б-42505-640Мне было известно, что продолжительность полета составляет чуть больше часа. После взлета и набора высоты я проследовал в кабинку туалета и встретился с капитаном Советской Армии, который был бледен как стена. На мой вопрос: «Не могу ли я ему чем-то помочь?», — он сообщил, что самолет захвачен террористом и мы летим по его требованию в Стокгольм. Предложение вдвоем обезвредить его — было отвергнуто, так как, по словам капитана — у того в руках бомба и с ним ведут переговоры члены экипажа. Честно говоря, особого страха я не испытал (молодой был, горячий!). Вернулся на место, сначала злился, что какой-то урод смеет угрожать всем нам, а мы «бессильны», а потом несколько успокоился, если можно так сказать, конечно…

В конце-концов, — подумал я, — увижу столицу Швеции… Беглец, отщепенец, мерзавец и предатель Родины не самоубийца, не станет же он взрывать бомбу на десятикилометровой высоте! — сойдет в аэропорту Стокгольма, а мы вернемся.

Но когда, через непродолжительное время полета, и, на весьма крутом, как мне показалось, вираже — я увидел в иллюминаторе очень характерные куполообразные строения обсерватории, понял, что это зона Ленинградского аэропорта «ПУЛКОВО» и мы идем на посадку… Помню, что напряженность возросла и предчувствие чего-то «нехорошего» шевельнулось в душе, когда одна из бортпроводниц прошла по салону и тихим голосом, почти шепотом, попросила пристегнуть ремни. Обычно это делают по «громкой» бортовой связи…

Теперь-то, через годы, я понимаю, что шансов долететь до Стокгольма — не было НИКАКИХ!

А то, что мы вообще остались живы — Божий промысел, который есть:

«Непрестанное действие всемогущества, премудрости и благости Божией, которым Бог сохраняет бытие и силы тварей, направляет их к благим целям, всякому добру вспомоществует, а возникающее через удаление от добра зло пресекает или исправляет и обращает к добрым последствиям».

Промысел Божий абсолютно праведный, но он непостижим ни людям, ни ангелам…razdel-650

Из воспоминаний членов экипажа и из материалов журналистского расследования.

Самолет уже набрал высоту девять тысяч метров, когда в кабине экипажа загорелась красная лампочка экстренного вызова – сигнал от бортпроводниц.

Командир экипажа обратился к бортмеханику Грязнову: «Веня, посмотрите, что там у них…». Викентий Григорьевич вышел из кабины и вскоре вернулся с конвертом. В нем находились четыре рукописные странички тетрадного формата. Текст письма гласил:

«Для чтения 5 минут! Командиру и экипажу самолета. Уважаемые летчики! Прошу Вас направить самолет в Швецию, аэродром Стокгольм. Правильное понимание моей просьбы сохранит Вашу жизнь и мою, а за это будут отвечать те, кто своими злодеяниями вынудил меня пойти на этот поступок. После благополучной посадки, я возможно возвращусь на Родину, но только после личной беседы с представителями высшей власти СССР. В руках у меня вы видите оружие. Этот снаряд содержит в себе 2 кг 100 гр.взрывчатки, применяемой в шахтах, что значит этот заряд в действии, разъяснять вам не надо. Поэтому не обходите мою просьбу провокацией. Помните, что любой риск будет кончаться крушением самолета. В этом твердо убедите себя сами, ибо у меня все изучено, рассчитано и учтено. Снаряд устроен так, что при любом положении и провокации будет взорван без предупреждения…».

Почерк был неровным, неразборчивым. Поэтому длинное послание командир экипажа только рассматривал. В нем шло угрожающее описание действия взрывного устройства, излагалось требование бандита впустить его в кабину. Бросалась в глаза фраза:

«Я много лет испытываю на своей шкуре когти кровожадных сверхзверей и в противном случае смерть для меня не печаль, а убежище от хищных, алчущих моей жизни зверей».

В здравом уме такого не напишешь.

Разумеется, экипаж не мог ни лететь в Стокгольм, ни пустить бандита в кабину. Но и оставлять вне контроля его не следовало. В результате взрыва могли погибнуть все пассажиры. Поэтому бортмеханик Грязнов вновь вышел к нему из кабины, а дверь была закрыта на защелку. Как выяснилось позже, преступник был родом не из Ленинграда. Было ему лет сорок пять. Он прожил какую-то странную, уродливую и перевернутую жизнь. В годы Великой Отечественной не воевал, а служил в районе Ленинакана. Затем жил на Украине. За что ни брался, ничего у него не получалось, и ему даже перестали предлагать работу. Потом был осужден: трижды ударил топором по голове свою сожительницу. Освободившись из заключения, опять не нашел для себя места в обществе. Заболел сифилисом, а затем был поставлен на учет в психоневрологический диспансер с редким диагнозом «сифилисофобия». Он озлоблялся все больше. Начал бомбардировать все органы страны десятками писем. Металлургам давал советы о металле, руководителям сельского хозяйства – о зерне. Даже Брежневу писал, предлагая свои способы решения государственных проблем. Но все это было настолько глупо, что никакой реакции не вызывало. Тогда он смастерил взрывное устройство, приехал в Ленинград и купил билет на московский рейс. Терять ему было нечего…

Инструкций по действиям в подобных ситуациях тогда еще не существовало. А минуты, отведенные экипажу бандитом, истекали. Оценив обстановку, командир корабля принял решение возвращаться обратно, на свой аэродром. Связавшись по радио с землей, доложил о сложившейся в воздухе ситуации, запросил разрешение на посадку в Пулково. А за дверью пилотской кабины завершались переговоры с бандитом. Тот угрожал бортмеханику. Но Грязнов продолжал его увещевать и незаметно теснил к входной двери Ту-104, подальше от пилотской кабины и от входа в первый салон.

Вот как об этом, через 40 лет вспоминает командир корабля, Герой Советского Союза Вячеслав Михайлович Янченко

kom-240«Мы находились совсем уже недалеко от посадочной полосы, высота — 150 метров, — вспоминает Вячеслав Михайлович, — С земли видели, что мы идем на посадку, не выпуская шасси. Мы не хотели характерным шумом привлекать внимание преступника. И я дал команду на выпуск шасси в самый последний момент. Но тут же раздался взрыв. Дверь нашей кабины выдержала , но из под внутренней обшивки самолета в нее ворвались обломки, какой-то мусор и дым.

Штурман Широков доложил: «На борту большая пробоина и пожар!». Впоследствии было установлено, что взрыв устройства в металлической трубке оказался направленным, его основная сила пошла в сторону борта, вырвала переднюю дверь вместе с частью фюзеляжа. Всю мощь взрывного заряда принял на себя находившийся вблизи от террориста бортмеханик Викентий Григорьевич Грязнов. От взрыва оба погибли. Террорист, хотевший улететь в Швецию, улетел на тот свет от взрыва собственной бомбы.

Самолет Ту-104 получил в результате взрыва серьезные повреждения. Но никто из пассажиров больше не пострадал… От взрыва мы сознания не теряли. Я пошевелил штурвал, почувствовал, что самолет управляется. И мы продолжали снижение. Меня часто потом спрашивали, было ли мне страшно. Отвечу как на духу: во всей этой истории от начала и до конца страха я не испытывал, бояться было некогда. Было лишь напряжение, поиск наиболее правильного способа действий. И еще одно чувство овладело мной: все мы, экипаж, словно одна рука, каждый делает все, что необходимо и что возможно. Лайнер идет на посадку по наклонной траектории, а затем поднимает носовую часть и мягко садится. Когда подошел нужный момент, я двинул штурвал на себя, но самолет не стал выравниваться, продолжал идти вниз, как шел.

Тут счет времени начался, пожалуй, уже не на секунды, а на их доли. Мы со вторым пилотом Владимиром Михайловичем Кривулиным, два здоровых мужика, тащили на себя штурвалы, как только могли.

Ценой неимоверных, предельных усилий, нам со вторым пилотом все-таки удалось поднять нос машины, и посадка оказалась относительно мягкой. Самолет помчался по полосе, штурман Широков выпустил тормозной парашют. Скорость падала, было применено аварийное торможение и задействована система пожаротушения двигателей, которые я выключил. Передняя стойка вышла, но не встала на замок! Носовая часть самолета опускалась все ниже и ниже. У нас, по сути,  не было переднего колеса! Мы с Кривулиным успели встретиться взглядами. На борту 10 тонн топлива, да еще пожар…

Если носовая часть с пилотской кабиной начнет скользить по бетону, по самолету ударит дополнительный сноп искр, а затем кабина начнет разрушаться. Поэтому, выждав до последнего момента, педалями я направил машину с бетонки на боковую полосу безопасности. Резкий толчок, и самолет замер, уткнувшись носом в землю. Между взлетом и посадкой прошло всего сорок пять минут…».razdel-650hronika-640Статья журналиста Татьяны Никитиной «Тогда, в апреле…» была опубликована в газете «Воздушный транспорт» через полтора десятилетия после катастрофы…razdel-650Арутинов Владимир. Воспоминания (продолжение) 

Рейс 2420 ТУ-104 № 42505 23-04-1973

Соприкосновение с землей было весьма ощутимым. Скрежет, вой… то ли сирен, то ли еще чего-то, едкий дым, запах… Очень специфический…. Запах смерти.

После взрыва до приземления, как я сейчас могу вспомнить, прошли считанные СЕКУНДЫ. Сверху упала, то ли полка, то ли часть внутренней обшивки самолета, дыма становилось все больше… Глухой, но очень мощный удар при посадке — был, как продолжение взрыва… Резкая остановка лайнера… Через какое-то мгновение — мне показалось, что наступила ватная тишина.

Ни криков, ни истерики, ни обмороков не было. В передней части салона открытого огня не помню, но видимость была почти нулевая.

Пассажиры в едином порыве весьма резво двинулись сначала к хвостовой двери лайнера, поскольку понимали, что покидать самолет следует без малейшего промедления. Что удивительно, двигались все, я бы сказал: сосредоточенно, но быстро, абсолютно без суеты и паники.

Но было слишком высоко (около семи метров) и прыгать вниз, на бетонную полосу, не было желания ни у кого даже в той ситуации.lezhВ памяти всплывает, как «отрывок из фильма», сюрреалистичная  картинка: я стою на краю проема хвостовой двери самолета, а далеко внизу, на летном поле, огромное (как мне тогда показалось) количество людей в форме с автоматами Калашникова, стволы которых направлены на меня…

Пожар внутри салона наземные службы очень быстро потушили и началась массовая эвакуация через переднюю дверь.cam2Конечно, возникла некоторая заминка. Проходы между рядами кресел в ТУ-104 достаточно узкие, но никто из пассажиров не позволил себе оттолкнуть другого, никто не шел по головам. Народ у нас потрясающий… Все самые лучшие человеческие качества проявляются в острые минуты смертельной опасности. Советский народ, одним словом.  Таково было воспитание того поколения…

Что запомнилось еще? Последние метры, перед выходом из лайнера. Чтобы было понятнее, какая «картина» открылось взору — просто приведу строчки из материалов уголовного дела:

«В помещении буфета-кухни и на креслах переднего пассажирского салона беспорядочно расположены обломки оборудования кухни, декоративной отделки помещений, а также отдельные пропитанные кровью размозженные человеческие мягкие ткани и кости»…

Что и говорить, жуткое зрелище…

«Из-под обломков, находящихся в помещении буфета-кухни у правого борта самолета, — методично диктовал ассистент Первого медицинского института, дежурный эксперт Скрижинский, — извлечена правая нижняя конечность, травматически ампутированная на уровне верхней трети бедра. На ней имеется черный полуботинок и темно-синий безразмерный носок»…

Как потом выяснилось, всех нас «принимал» из проема выбитой взрывной волной передней двери самолета член экипажа — штурман Николай Широков.

Такая деталь: в момент эвакуации самолета, у меня «на руках» была небольшая, очень удобная кожаная дорожная сумка PROLET болгарского производства (в багаж я её не сдавал). Там, кроме носильных вещей путешественника, лежала и дорогая мне «ценная обновка» (по случаю, я накануне приобрел для себя дефицитные и супермодные, по тем временам, молодежные «туфли-вельветки»). Сумку (ручную кладь, по сути) — резким и быстрым движением «конфисковали» сотрудники спецслужб и меня, как, впрочем, и еще нескольких мужчин — без лишних церемоний чекисты аккуратненько уложили в небольшом отдалении от лайнера лицом в бетон. После непродолжительного «отдыха» в непривычном положении — отправили на первый допрос. Сумку, после осмотра, вернули достаточно быстро, чему я сильно обрадовался. В память, почему-то, врезался и этот, совершенно незначительный момент из всей череды трагических событий…

Опрашивали нас сначала в автобусе, из которого я со стороны увидел наш СОРОК ДВА ПЯТЬСОТ ПЯТЫЙ, неловко лежащий, как подстреленная птица, «клювом» зарывшись в землю. Отчетливо помню пену на носовой части самолета и носилки, на которых лежали останки тел. Проступали большие кровавые пятна на простынях…

Впервые в своей жизни я закурил. Какой-то добродушный лысоватый дядька-армянин (пассажир рейса, или сотрудник КГБ, не помню уже точно) — «угостил юношу сигаретой»… Курили мы все вместе там же, возле автобуса на летном поле, наблюдая за действиями работников спасательных и специальных служб…

razdel-650

Лишь через сорок лет мне стали известны детали расследования уголовного дела по факту измены Родине и попытке угона «нашего» самолета… Материалы дела и выводы экспертов — потрясают, особенно когда сравниваешь со своими оценками участника событий.

Много лет спустя, мне удалось раздобыть и служебную записку, разосланную по специальным каналам тогда, в 1973 году. Немногие работники Министерства гражданской авиации в то время могли с ней познакомиться.

razdel-650

Пассажиров рейса №2420 повезли в Дом культуры авиагородка.

Тут с нами начали работать следователи (дознаватели) КГБ СССР. Шла пофамильная сверка пассажиров по корешкам авиационных билетов, которые сохранились в «Пулково».

Несколько утомило правописание. Как минимум, два, а то и три раза давал длинное объяснение: «кто, где, когда, куда и откуда, зачем, почему»… и так далее, начиная выводить буквы на листе формата А-4 с заголовка: «В Ленинградское областное Управление КГБ СССР». Не считая «доверительных» бесед с представителем компетентных «органов».  Но все понимали — так надо.

Когда немного отдышались, то решили отправить письмо Министру гражданской авиации.

В нем пассажиры выражали скорбь и соболезнования родным и близким, в связи с трагической гибелью Викентия Григорьевича Грязнова, просили наградить героя за его мужество и героизм. Особо отметили выдержку, стойкость духа и высочайший профессионализм всех членов экипажа, спасшего наши жизни. Письмо собственноручно подписали абсолютно все пассажиры.

После некоторого времени пребывания во Дворце Культуры авиационных работников, мы уже знали, что командир корабля — «Вячеслав Янченко» из 205-го летного отряда, фамилия преступника — Бидюк и что он родом из Днепропетровска…

Нашел в личном архиве и впервые публикую отсканированный «клочок» бумаги, на котором я поздним вечером 23 апреля 1973 года записал все, что мне стало известно на тот момент времени.kl-izmЗапомнился начальник пассажирской службы Ленинградского аэропорта тов. Индусов. Это его автограф стоит поверх фамилии геройски погибшего Грязнова Викентия Григорьевича. Очень обходительный и внимательный руководитель, который душевно беседовал со многими пассажирами и умело успокаивал женщин… Отмечу, что во время нахождения в ДК авиаработников и дачи нами показаний, никто не испытывал проблем с питанием. Все-таки, мы находились в «закрытом» помещении, если мне не изменяет память, минимум до 22-00. (Исхожу из того, что запись я сделал именно в это время).

Четко сработали кассиры. Насколько я припоминаю, они были приглашены в зал, где располагались все пассажиры и без промедления (после идентификации личности каждого из нас сотрудниками КГБ) выписали новые проездные документы.

Основная часть пассажиров нашего рейса добиралась до Москвы на «Красной стреле» (железнодорожные билеты выдавались, по-моему, на месте), я же — 24-го апреля вылетел в Харьков из Пулково прямым беспосадочным на АН-24. Очень торопился,  опаздывал на предэкзаменационную сессию. Мне «продлили» полет, «вписав» в билет всего две строчки: «Ленинград-Харьков» и дату вылета 24 апреля 1973 года. За билет, кстати, не доплачивал ни копейки. Справки нам выдали «интересные»: для «…предъявления по месту требования…» «…в связи с задержкой рейса по техническим причинам»…razdel-650Высокие награды Родины отважному экипажу торжественно вручали в зале заседаний Исполнительного комитета Ленинградского городского совета депутатов трудящихся в закрытом режиме, в присутствии ограниченного числа гостей.nagr-22-geroya4-geroyaФотоархив из жизни героического экипажа

P.S.

Арутинов Владимир. Воспоминания(окончание) 

Рейс 2420 ТУ-104 № 42505 23-04-1973

Вечером того памятного дня, 23-го апреля 1973 года, после длительных и обстоятельных пояснений (в письменной и в устной форме) сотрудникам Комитета государственной безопасности СССР, всех пассажиров рейса 2420 отпустили.

Я долго бродил по ночному Ленинграду, реконструировал поминутно события того дня, вспоминал детали, до конца не осознавая: чем могло все закончиться, если бы не беспримерное мужество экипажа и их высочайший профессионализм…razdel-650Не знаю как это произошло (не помню абсолютно!), но, чуть позже, в моей дорожной сумке (или кармане куртки) — я обнаружил фирменный пластмассовый стаканчик АЭРОФЛОТА, из которого, в то время, на борту воздушного судна пассажиры пили вино, соки, или минеральную воду. Стаканчик с того самого борта. Борта самолета гражданской авиации компании «АЭРОФЛОТ» Ту-104, номер 42505, рейс 2420.

ss650По моей просьбе — гравер сделал надпись. Голубой стаканчик Аэрофлота советских времен с «золотой вязью» букв в лаконичных строках. Он всегда рядом со мной на рабочем месте… И сегодня, через 40 лет, с того скорбного дня 23 апреля 1973 года…

p.p.s. Много позже были созданы фильмы об этой трагической истории.razdel-650Прошло сорок лет. И вот я, наконец-то, встретился (пока!!!) с одним из членов экипажа того борта ТУ-104, №42505 — Николаем Федоровичем Широковым.

Штурман Николай Федорович Широков за мужество и героизм получил орден Боевого Красного Знамени.

Мы живем, как оказалось, всего в 30 километрах друг от друга! Я в Москве, Николай — в Зеленограде.

Встречу нам с Николаем организовала съемочная группа программы «Центральное Телевидение с Вадимом Такменевым» федерального телеканала НТВ.

Я отложил все дела и с огромным нетерпением и большим желанием вместе со съемочной группой поехал в Зеленоград из Москвы, чтобы эта трогательная встреча произошла как можно быстрее.sh_a_650Встреча было очень теплой. Николай Федорович Широков всего на восемь лет старше меня, так что к концу нашей беседы мы перешли на «ты».shturman-800

Мы узнали о многих неизвестных моментах трагического полета из уст члена экипажа. А еще Николай Федорович в своем рассказе подтвердил и уточнил некоторые детали хронологии событий на борту лайнера, о которых я рассказал, чуть ранее, корреспонденту НТВ.

Маленькое отступление.

НТВ-шники в репортаже мою фамилию немножко исказили…

Посмотрите запись передачи (нажмите на картинку внизу)ter-640Вместо «Владимир Арутинов» прозвучало: «Владимир Арутюнов». Мой дедушка (по отцу) — армянин. Его имя Маркар Авакович Арутюнов, 1897 года рождения. Во время геноцида армян в 1915 году, спасаясь, дедушка бежал в Донбасс. В советское время из его имени (при получении паспорта) сначала исчезла одна из букв «р», отчество чиновники изменили на более привычное русскому уху — «Александрович», буква «ю» трансформировалась в «и» — дедушка стал Макаром Александровичем Арутиновым.

Таким образом, мой отец — Иван Макарович Арутинов (ушел из жизни в 2010 году) носил именно эту фамилию, Арутинова была моя мама, сестричка.

Арутинов — я, моя жена, и мои дети — Арутиновы.

На протяжении длительного времени значительную часть фамилии армянского именника составляли древние национальные имена. Большинство народов Европы и Азии верили в судьбоносную силу имени. Поскольку имя (или личное прозвище) сопровождало человека на протяжении всего его жизненного пути, считалось, что оно способно предопределить будущее, повлиять на характер индивида. Поэтому во все времена существовали так называемые «обрядовые имена», которые родители давали своим детям, желая, чтобы в дальнейшем им сопутствовали успех и благополучие, здоровье и богатство, сила и ловкость.

Фамилия Арутинов образована от армянского мужского имени Арутин (или Арутюн), которое переводится как «воскресший». Отсутствие же традиционного армянского фамильного суффикса — ян в фамилии Арутинов указывает на то, что фамилия Арутинов складывалась под славянским влиянием.

«Воскресший»…

Ошибка редакторов НТВ — символична…

Всевышний дал МНЕ тогда, да и ВСЕМ ПАССАЖИРАМ с ЭКИПАЖЕМ — ШАНС, ВТОРУЮ ЖИЗНЬ. И мы остались живы.

Этот рейс по многим причинам мог закончиться трагически.

Во-первых:

«А»…

Из-за недогрузки пассажиров (вместо 100-105-ти — летели чуть более полусотни) — «сэкономили» на вооруженном сотруднике МВД в штатском, который после угона самолета в Турцию в 1970-м году, как правило, сопровождал борт воздушного судна.

«В»…

Не могу утверждать категорически, но наличие, или отсутствие «правоохранителя» в штатском, якобы, (по инструкциям того времени) определялось длиной маршрута воздушного судна и близостью границ страны.

В этом рейсе милиционера не было. Учитывая, что бомба была оснащена кнопкой ОБРАТНОГО действия — нетрудно догадаться, что могло произойти на высоте при попытке ликвидации террориста. (Трагический пример, о котором мало кто знает: 17 мая 1973 года — предпринята попытка угона в Китай самолета Ту-104, следовавшего рейсом Москва-Челябинск-Новосибирск-Иркутск-Чита. Во время полета сопровождавший рейс милиционер выстрелил в спину угонщику, выстрел оказался не смертельный и угонщик-бандит по фамилии Рзаев успел привести в действие взрывное устройство. Самолет взорвался в воздухе, погибли все 81 человек — экипаж и пассажиры.)

Во-вторых. Об этом никто ранее не говорил, но теперь я совершенно точно знаю, что входная дверь в кабину пилотов была БРОНИРОВАННОЙ. Штурман Николай Федорович Широков, спустя 40 лет, об этом рассказал в приватном разговоре.

Дверь с броней установили (опять-таки) — после угона АН-24 в Трабзон (когда погибла бортпроводница Надежда Курченко). Экипаж смог до конца использовать резервы и возможности, ибо взрывная волна не разрушила кабину пилотов лишь только потому, что была защищена броней.

В-третьих. Надежность лайнера. Конструкция самого самолета чрезвычайно надежна по запасу прочности (надо понимать, что первый реактивный лайнер гражданской авиации ТУ-104 сконструирован «на базе» бомбардировщика дальнего действия ТУ-16), плюс НЕЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ФИЗИЧЕСКИЕ усилия командира и правого летчика, когда тянули штурвал на себя — вывели борт из критического угла снижения.

Слаженность работы экипажа. Высочайший профессионализм, выдержка, крепкие нервы… Каждый член команды — командир Янченко, штурман Широков и второй пилот Кривулин работали как единый механизм.

В.М. Янченко:

«…Когда командир корабля приходит на вылет и не знает, кто сегодня второй пилот, это, по моим понятиям, несерьезно. Экипаж — это коллектив, и возглавляет его командир, который обязан обеспечить безопасность полета. О какой слетанности экипажа, взаимовыручке в полете здесь можно говорить? Ведь в полете могут быть всякие неожиданности, особые случаи, а члены экипажа впервые видят друг друга! Кроме формальных признаков в отношениях экипажа, есть еще и человеческие отношения. Если у меня 23 апреля был бы не закрепленный состав экипажа, я не знаю, где бы был Грязнов, где были бы другие члены экипажа и чем бы все закончилось. С большой долей вероятности – в земле…» (интервью)

Если бы не это — вонзились бы «носом» в бетонную полосу. Все сделали правильно и в нужный момент времени. Ничего не отказало.

…Парашют вышел, аварийный тормоз и система пожаротушения сработали, планер не разрушился…

…Авиационное топливо (для справки) — находится, в частности, в баках плоскостей крыльев самолета и его оставалось — ДЕСЯТЬ ТОНН!!!

А ведь мало кто знает, что часть колес основных стоек шасси при посадке и последующим за ней аварийном торможении… просто лопнули и разорвались в клочья!

Плохо управляемый из-за повреждений лайнер на предельно малой, да при посадке… Но мастерство и хладнокровие экипажа Ту-104 с бортовым номером 42505 в тот самый роковой день — было на высоте, а советская техника выдержала все запредельные нагрузки.

Ну, и в-четвертых.

Несанкционированное пересечение границы Союза ССР было невозможным, по определению. Истребители, поднятые по тревоге с ближайшего аэродрома, начали бы операцию по принуждению к посадке воздушного судна.

И какое решение должен был принять  командир ТУ-104, зная требование террориста: «ТОЛЬКО СТОКГОЛЬМ!» и понимая, что у того — палец «на кнопке» взрывного устройства?

Либо гибель борта от взрыва бомбы, либо  42505-й сбивают одной ракетой — «свои».

Вместе со всеми пассажирами.

yanchenko-07Экипаж знал это.

В.М. Янченко:

«…Командиру корабля было предписано – «Принять все меры, чтобы не допустить угона самолета». Это первое, но было и «второе» – когда уже много лет прошло, я встречался с генералами ПВО и когда заходил разговор на тему захватов, типа «что было бы если» они мне говорили:
— Если бы ты тогда полетел за границу – мы бы тебя сбили. У нас был приказ быть в готовности к уничтожению самолета-нарушителя…» (интервью)krivulin-300x182-osv

Прямая речь из воспоминаний второго пилота Кривулина Владимира Михайловича в фильме телеканала НТВ подтверждает, что подобный вариант развития событий экипажем не исключался.

Такие были инструкции в 1973 году.

………………………………………………………………………………………

Арутинов Владимир. Воспоминания (послесловие)

С Николаем Федоровичем Широковым мы, естественно, обменялись контактными данными и теперь моя мечта и огромное желание обнять остальных членов героического экипажа и родственников Викентия Григорьевича — дочь Елену Викентьевну Грязнову — Величко , её сына и внука Героя — Глеба Величко, Вадима Викентьевича Грязнова… Пока же, я с ними  поддерживаю связь по телефону, skype  и по электронной почте.

А еще я очень хочу, чтобы память о подвиге

ГЕРОЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

Викентия Григорьевича Грязнова

жила вечно.gryaznov_v_g-650Наступило время, когда мы просто обязаны воплотить в гранит

благодарную память об этом светлом человеке.

Считаю, что сегодня, когда ОКОНЧАТЕЛЬНО (по чисто юридическим моментам) снят гриф «СЕКРЕТНО» с этого «дела» и других, подобных — страна должна знать своих Героев по названиям улиц и площадей, бульваров и парков.

Они заслужили этой чести и нашей вечной признательности.Gryaznov_V_G_np

P.S.

Сквер имени В.Г.Грязнова в Санкт-Петербурге

Рассекреченные материалы из уголовного дела КГБ СССР

.

Scroll To Top